egorka_datskij (egorka_datskij) wrote,
egorka_datskij
egorka_datskij

Климов Юрий Васильевич. Воспоминания. №25.

Мой дед, Климов Юрий Васильевич (1922-2002), оставил 3 тома воспоминаний о своей жизни. Всего, наверно, около 1000 страниц формата А4. Плюс много фотографий. Воспоминания моего прадеда (отца моего деда) - Климова Василия Михайловича (1891-1978) - вот здесь.

Все опубликованные части: 1-я ; 2-я ; 3-я ; 4-я ; 5-я ; 6-я ; 7-я ; 8-я ; 9-я ; 10-я ; 11-я ; 12-я ; 13-я ; 14-я ; 15-я ; 16-я ; 17-я ; 18-я ; 19-я ; 20-я ; 21-я ; 22-я ; 23-я ; 24-я ; 25-я ; 26-я ;
 

Моя нога больная всё больше давала о себе знать, стала беспокоить, особенно когда много ходишь. К переправе через Дунай добрались в полдень. Был чудесный теплый и солнечный сентябрьский день. На берегу у лодочника-перевозчика купили огромный арбуз и сели перекусить - пора обеда. Лодочник уселся вместе с нами. Завязался разговор. Он оказался "русином", так по-местному зовут казаков-некрасовцев, которые в прошлом веке убежали от царского преследования в эти края. Он был одет своеобразно, в одежде сохранилось что-то традиционное - русское. Большая окладистая борода, длинные вьющиеся волосы, правильные черты лица - заметно отличали его от местного румынского и молдавского населения. Длинная белая рубаха, подпоясанная кушаком, подчеркивала его могучее телосложение.
 
Здесь же, на военном продпункте, мы получили по продовольственному аттестату продукты на пять дней. Помню, мы долго удивлялись немецким галетам, полученным вместо хлеба. По форме как печенье, но только из простой пшеничной муки без сахара, в хорошей упаковке. Тогда мы думали, что не от хорошей жизни немцы стали выпекать такое не вкусное печенье. Теперь я знаю, что мы ели: это были сухари, не более.
 
[ том 1, лист 186 ] Город Тульча расположен на противоположном высоком берегу Дуная. Наш перевозчик, загребая большими веслами, быстро доставил нас на другой берег. Мы пересекли границу и оказались в другом государстве. Здесь царствовал румынский язык, но находились и те, кто немного понимал и по-русски. На железнодорожном вокзале сели в поезд, шедший из Констанцы в Бухарест. В купе оказался румынский морской офицер в сиятельной форме. Всю дорогу он заискивал перед нами, пытаясь расположить нас к себе. Ведь совсем недавно мы были друг против друга, и вот теперь, приходится ему заикивать перед победителями.

На следующий день - Бухарест. Через весь город перебирались пешком на другой вокзал. Смотрели, глазели. Заходили в магазины. Дивились множеству промышленных и, даже, продовольственных товаров. Такого обилия у нас не было перед войной. В ходу были леи, которых мы не имели. Конечно, все товары были дороги на румынские деньги. Но факт, что они есть. Поездом "рапид" мы на следующий день были на конечной станции Джурджа. Далее добирались железнодорожным паромом на другой берег, где виднелся болгарский город Русса (Рущук). В комендатуре выяснили, что прокуратура находится в болгарском городке Дольна Оряховица. Снова поезд и к вечеру добрались до нужного нам городка. В Болгарии, особенно в Руссе, нас поразила трогательная приветливость болгар, возможность объясняться без переводчика. Обратили внимание на их газеты, вывески и приветственные транспаранты, очень близкие к русскому языку и достаточно понятные. Вся Болгария утопала в красных знаменах и национальных флагах, в цветах. Он переживали дни своего освобождения и изгнания фашистов из своей страны. Нам, русским воинам, они были рады, старались угостить или поприветствовать. Такого я не видел ещё нигде. И, видимо, не увижу.

В прокуратуре нас приняли на следующий день. Сначала, Асямочкин вручил пакет, доставленный [ том 1, лист 187 ] для них от командования и следственной части г.Тирасполя, потом доложил как умел и что знал. Потом пригласили меня в кабинет. Попросив меня рассказать всё от начала и до конца и, задав несколько вопросов, снова попросили выйти в соседнее помещение. Вскоре вышел и лейтенант Асямочкин. Уже по его лицу видно, что он доволен разговором с прокурором. "Всё будет в порядке" - сказал он мне. Велели подойти часа через два для оформления каких-то документов. Нога у меня разболелась по-настоящему, стало знобить.

В прокуратуре, в присутствии лейтенанта, мне объявили, что действовал на посту правильно и в моих действиях нет состава преступления против закона. Я освободился из под стражи сразу после выхода из прокуратуры. Радости не было границ. Радовались и лейтенант и бойцы. Только радость омрачалась моим болезненным состоянием.

Обратно ехали по железной дороге через Бухарест. Там пришлось сделать остановку дня на два. Жили в бараках, которые были построены ещё немцами на вокзальной площади Гара-де-Норд.

Случайно, на пункте питания для советских военнослужащих встретил Павку Обогрелова - старшего брата моего друга детства в Петухово - Юрки Обогрелова.Мы оба были рады встрече, спешили рассказать о своей судьбе друг-другу, о своих родных и знакомых. Обогреловы еще до войны выехали из Петухово и обосновались на постоянное жительство в пригородах Батума.  Павел закончил там техникум, а Юрка продолжил учиться в школе. И вот эта неожиданная встреча в солдатской столовой в Бухаресте. После столовой я лёг на свою постель - болела нога - а солдаты с Асямочкиным отправились гулять и знакоимться с городом. Вечером, они сквозь смех рассказывали о своих похождениях и девицах легкого поведения, которых они здесь видели на вокзальной площади. 

[ том 1, лист 188 ] Из Бухареста наш путь лежал на Браилу - городок на Дунае. Не знаю почему, вполне возможно, что случайно, просто потому, что туда шел наш состав, а может быть лейтенант Асямочкин, не разобравшись в географии, приехал в Бриалу. Для того, чтобы добраться до Тирасполя, пришлось плыть катером по Дунаю до г.Галаца. Это выше по Дунаю км. 70. Провели всю ночь на верхней палубе и продрогли. Я совсем почувствовал себя больным. Поднялась температура. Утром, собираясь из порта на железнодорожный вокзал, пришлось опираться на палку. Надо было спешить до родного батальона, до его санчасти, где гарантируется уход и оказание помощи.

Утром следующего дня мы были на хуторе Ближнем. Как всегда объявляется утреннее построение. Я, превозмогая боль в ног, встаю в строй. Полковник Черных - командир батальона, лейтенант Пехота - замполит - зачитывают приказ по батальону и мне объявляют благодарность за бдительное несение караульной службы на посту и пресечение побега.
 - "Служу Советскому Союзу!" - последовал мой ответ.
После этого мне пришлось поваляться дне десять в санчасти, с освобождением от работ.

В хуторе Ближнем готовились к длительному пешему переходу в город Рени и Галац, где мы только что были. Все подгонялось, ремонтировалось обозное хозяйство.

Дополнения и комментарии:

Общее по поводу воспоминаний:

  1.  

Упомянутые места и селения:


Вокруг да около:
  • О


tracker
 
Tags: воспоминания, дед
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments